В астраханской глубинке живет Бунин

В астраханской глубинке живет Бунин

Село Вахромеево в Икрянинском районе небольшое и ничем не примечательное. Зачем же нас понесло туда за сто верст?

Писатель ни при чем

Года два назад нам в редакцию стали приходить письма из села Вахромеево. И фамилия-то какая у автора — Бунин. Присылал он стихи и рассказы из истории села, которые мы с большим удовольствием читали и печатали. И решили поехать в Вахромеево, чтобы познакомиться с Буниным из астраханской глубинки. Забегая вперед: он не родственник известного писателя. И даже не учитель истории, как мы было подумали.

Вдали от цивилизации

От Астрахани до Вахромеево чуть больше 90 км. Через Икряное, Ниновку, паром в Федоровке, затем, не доезжая до Седлистого, поворот и семь километров по щебенке.

В астраханской глубинке живет Бунин

 

Обратно ехали другим путем, но он дороже: платить за переправу пришлось трижды — на Житненском пароме, понтонном мосту в Чулпане и в Волго-Каспийском. Но деваться некуда — село островное, и иначе как через паром туда не попасть. Это главная проблема местных жителей: зимой, когда идет шуга, паром встает. Бывает, скорая не может приехать, больных переправляют на баркасе, а порой и баркас не ходит.

Въехав в село, мы спросили у встретившегося нам молодого человека, где улица Пионерская. Он затруднился с ответом (как оказалось, это улочка в три дома). Зато когда мы спросили, где живет Николай Иванович Бунин, сразу указал нам дорогу.

Здесь все друг друга знают, и это немудрено: по данным сайта Седлистинского сельсовета, в который входит Вахромеево, здесь 145 жителей. Из благ цивилизации — только ФАП, в котором, слава богу, есть медсестра. Село газифицировано, а водопровода нет — сами тянут трубы с речки. Школьников возят в Седлистое — впрочем, детей тут мало. Старый клуб разобрали, новый проработал год-другой и теперь стоит на замке. Потому и живут здесь почти одни пенсионеры. Есть одна многодетная семья, восемь детей. «Делают демографию села», — шутит хозяйка тетя Лида. Летом село оживает — привозят внуков к бабушкам-дедушкам. А 1 сентября все вновь замирает.

В астраханской глубинке живет Бунин

История, как и во всех малых селах. Раньше был колхоз имени Кирова, а когда-то давно — «Красный моряк». Были школа и детский сад, а за селом — пионерский лагерь. Сажали помидоры, баклажаны, «перец воот такой был!». Перед селом стоял цех, где плели маты из чакана. Был роскошный плодовый сад, который, когда колхоз развалился, зачем-то выкорчевали.

Теперь колхоза нет, и с работой, разумеется, туго. Кто-то работает на базе отдыха рядом с селом. В сезон набирают рыбаков, но все меньше. В основном живут хозяйством. У Буниных кролики, куры, две утки, два теленочка. Коровы, их мамы, в поле гуляют, а телята еще маленькие, дома сидят. Жизнь здесь размеренная.

— Это вам не город, где все бегом, — говорят хозяева, усаживая нас за стол. — Если воскресенье, надо отдохнуть, хотя бы до обеда посидеть.

А места здесь красивые — тишина, река. На майские праздники на ерике рядом с селом негде палатку поставить — все в рыбаках и туристах.

В астраханской глубинке живет Бунин

Слезами и потом полита

Николай Иванович работал в колхозе, потом в школе рабочим (по специальности он электрик), учителем труда. Недавно устроился в охрану. Работа здесь такая, что по двое суток он практически один, ну разве что с собакой. Вот тут, в уединении, к нему и стали приходить слова. Стал писать стихи и рассказы из истории родного села. Не из книг и энциклопедий, а из того, что слышал когда-то от родителей и старожилов. А истории такие, что порой стынет кровь.

В 30-е годы прошлого века, рассказывает Николай Иванович, у села Седлистое был лагерь, куда привозили раскулаченных, назывался Чулпан-2.

— Деда привезли сюда из Ейска Краснодарского края в 33-м году. Следом за ним сюда приехала моя бабушка с пятью детьми. До Астрахани поездом, дальше на лошади. В Астрахани, в суете, старший 15-летний сын потерялся. И с концами. Куда только она не писала, так и не нашли мальчишку, — рассказывает Николай Иванович. — Тех, кто был в лагере, в основном посылали в море на рыбалку. Люди с этим делом не знакомые, одежонки никакой, холод, голод. Дед и сгинул.

А бабушка так и осталась в Седлистом. Еще двух детей схоронила — умерли от голода и болезней — а двое выжили, среди них и мать Николая Ивановича.

В астраханской глубинке живет Бунин

Еще одна история — про деда Чапая, который жил в селе. Как звали его — никто уж не помнит. А было так: бежал из лагеря человек. Где-то в другой области остановили мужчину, проверили документы, а у него те же имя, фамилия и отчество. Разбираться не стали, взяли, привезли в лагерь. Два года он тут просидел. А потом нашли того, беглого. Чапая отпустили. А он уж старый, битый, ехать некуда, так и остался жить в Седлистом. Поселился на краю села в небольшом домике и в трудное послевоенное время как мог помогал сельчанам: на коне, который составлял все его хозяйство, подвозил дрова, воду, сено. Денег не брал, а от рюмочки не отказывался. А когда дед Чапай, выпив, засыпал в телеге, конь сам привозил его домой.

Много чего интересного рассказал нам вахромеевский Бунин. Казалось бы, какая история может быть у маленького села на 145 жителей? Но оказывается, у каждого клочка земли, политого потом, слезами, а то и кровью, есть своя история, свои радости и горести. Николай Бунин, как летописец своей малой родины, сохраняет то, что, пройдет еще сколько-то лет, окончательно канет в Лету.

В астраханской глубинке живет Бунин

Есть у Николая Ивановича Бунина еще одно увлечение: он мастерит поделки из чакана и веток. Сделанная им вместе с внучкой Наташей композиция заняла первое место в конкурсе.

Новости СМИ2

Новости Медиаметрики



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.