В астраханской глубинке живет Бунин


06 мая 2019 3244

Село Вахромеево в Икрянинском районе небольшое и ничем не примечательное. Зачем же нас понесло туда за сто верст?

Писатель ни при чем

Года два назад нам в редакцию стали приходить письма из села Вахромеево. И фамилия-то какая у автора - Бунин. Присылал он стихи и рассказы из истории села, которые мы с большим удовольствием читали и печатали. И решили поехать в Вахромеево, чтобы познакомиться с Буниным из астраханской глубинки. Забегая вперед: он не родственник известного писателя. И даже не учитель истории, как мы было подумали.

Вдали от цивилизации

От Астрахани до Вахромеево чуть больше 90 км. Через Икряное, Ниновку, паром в Федоровке, затем, не доезжая до Седлистого, поворот и семь километров по щебенке.

 

Обратно ехали другим путем, но он дороже: платить за переправу пришлось трижды - на Житненском пароме, понтонном мосту в Чулпане и в Волго-Каспийском. Но деваться некуда - село островное, и иначе как через паром туда не попасть. Это главная проблема местных жителей: зимой, когда идет шуга, паром встает. Бывает, скорая не может приехать, больных переправляют на баркасе, а порой и баркас не ходит.

Въехав в село, мы спросили у встретившегося нам молодого человека, где улица Пионерская. Он затруднился с ответом (как оказалось, это улочка в три дома). Зато когда мы спросили, где живет Николай Иванович Бунин, сразу указал нам дорогу.

Здесь все друг друга знают, и это немудрено: по данным сайта Седлистинского сельсовета, в который входит Вахромеево, здесь 145 жителей. Из благ цивилизации - только ФАП, в котором, слава богу, есть медсестра. Село газифицировано, а водопровода нет - сами тянут трубы с речки. Школьников возят в Седлистое - впрочем, детей тут мало. Старый клуб разобрали, новый проработал год-другой и теперь стоит на замке. Потому и живут здесь почти одни пенсионеры. Есть одна многодетная семья, восемь детей. «Делают демографию села», - шутит хозяйка тетя Лида. Летом село оживает - привозят внуков к бабушкам-дедушкам. А 1 сентября все вновь замирает.

История, как и во всех малых селах. Раньше был колхоз имени Кирова, а когда-то давно - «Красный моряк». Были школа и детский сад, а за селом - пионерский лагерь. Сажали помидоры, баклажаны, «перец воот такой был!». Перед селом стоял цех, где плели маты из чакана. Был роскошный плодовый сад, который, когда колхоз развалился, зачем-то выкорчевали.

Теперь колхоза нет, и с работой, разумеется, туго. Кто-то работает на базе отдыха рядом с селом. В сезон набирают рыбаков, но все меньше. В основном живут хозяйством. У Буниных кролики, куры, две утки, два теленочка. Коровы, их мамы, в поле гуляют, а телята еще маленькие, дома сидят. Жизнь здесь размеренная.

- Это вам не город, где все бегом, - говорят хозяева, усаживая нас за стол. - Если воскресенье, надо отдохнуть, хотя бы до обеда посидеть.

А места здесь красивые - тишина, река. На майские праздники на ерике рядом с селом негде палатку поставить - все в рыбаках и туристах.

Слезами и потом полита

Николай Иванович работал в колхозе, потом в школе рабочим (по специальности он электрик), учителем труда. Недавно устроился в охрану. Работа здесь такая, что по двое суток он практически один, ну разве что с собакой. Вот тут, в уединении, к нему и стали приходить слова. Стал писать стихи и рассказы из истории родного села. Не из книг и энциклопедий, а из того, что слышал когда-то от родителей и старожилов. А истории такие, что порой стынет кровь.

В 30-е годы прошлого века, рассказывает Николай Иванович, у села Седлистое был лагерь, куда привозили раскулаченных, назывался Чулпан-2.

- Деда привезли сюда из Ейска Краснодарского края в 33-м году. Следом за ним сюда приехала моя бабушка с пятью детьми. До Астрахани поездом, дальше на лошади. В Астрахани, в суете, старший 15-летний сын потерялся. И с концами. Куда только она не писала, так и не нашли мальчишку, - рассказывает Николай Иванович. - Тех, кто был в лагере, в основном посылали в море на рыбалку. Люди с этим делом не знакомые, одежонки никакой, холод, голод. Дед и сгинул.

А бабушка так и осталась в Седлистом. Еще двух детей схоронила - умерли от голода и болезней - а двое выжили, среди них и мать Николая Ивановича.

Еще одна история - про деда Чапая, который жил в селе. Как звали его - никто уж не помнит. А было так: бежал из лагеря человек. Где-то в другой области остановили мужчину, проверили документы, а у него те же имя, фамилия и отчество. Разбираться не стали, взяли, привезли в лагерь. Два года он тут просидел. А потом нашли того, беглого. Чапая отпустили. А он уж старый, битый, ехать некуда, так и остался жить в Седлистом. Поселился на краю села в небольшом домике и в трудное послевоенное время как мог помогал сельчанам: на коне, который составлял все его хозяйство, подвозил дрова, воду, сено. Денег не брал, а от рюмочки не отказывался. А когда дед Чапай, выпив, засыпал в телеге, конь сам привозил его домой.

Много чего интересного рассказал нам вахромеевский Бунин. Казалось бы, какая история может быть у маленького села на 145 жителей? Но оказывается, у каждого клочка земли, политого потом, слезами, а то и кровью, есть своя история, свои радости и горести. Николай Бунин, как летописец своей малой родины, сохраняет то, что, пройдет еще сколько-то лет, окончательно канет в Лету.

Есть у Николая Ивановича Бунина еще одно увлечение: он мастерит поделки из чакана и веток. Сделанная им вместе с внучкой Наташей композиция заняла первое место в конкурсе.


Алена Волгина

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Обязательно для заполнения.
Поле не заполнено или неверный формат.
Обязательно для заполнения.

Комментарии читателей сайта размещаются после модерации. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если сообщения содержат ненормативную лексику, оскорбления, призывы к насилию, являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.