Астраханские «афганцы»

Астраханские "афганцы"

О воинах-интернационалистах Черноярского района

32 года назад 15 февраля 1989 года состоялся вывод советских войск из Афганистана. Война продолжалась более 9 лет. Интернациональный долг за эти годы выполняли 620 тысяч наших солдат и офицеров. По официальным данным погибло 15 051 человек.

Невосполнимые потери

И это еще не вся печальная статистика. Потому что 300 военнослужащих пропали без вести, а 53 753 были ранены. Тогда в нашу жизнь вошли страшные слова: «груз 200» и вселяющие надежду «груз 300». Потому что о Великой Отечественной войне мы знали по рассказам отцов и дедов, и для нашего поколения, родившегося в 60-х, она уже стала историей. С началом войны в Афганистане началась взрослая жизнь. Уходили и порой не возвращались из далекой жаркой страны наши мальчики, с которыми мы ходили в детсад и школу и сидели вечером на скамеечке, глядя на звезды и мечтая о светлом будущем. В Черноярском районе, самом маленьком по численности в области, ушли в разные годы выполнять интернациональный долг 42 человека. Первого погибшего Юру Куликова хоронили всем селом, одна из улиц которого сегодня носит его имя.

Пламя войны

Сегодня из тех воинов-интернационалистов живы, к сожалению, не все. Но это уже другие печальные истории. А «Боевое братство» воинов-интернационалистов, как и везде, существует в Черноярском районе. Все они прошли через пламя войны. Многих я знаю и горжусь, что они мои земляки. А к некоторым даже прозвище «афганец» прилипло пожизненно. В селах много однофамильцев и среди них есть тезки и по именам, и даже по отчествам. А скажешь, например, Саша Кузнецов — «афганец» и сразу понятно о ком речь. Александра Николаевича Кузнецова не стало более года назад. Этот энергичный, веселый, работящий мужчина, выживший в том огне, стал жертвой онкологического заболевания. Память о нем берегут жена, две дочери, внуки. Умер Юрий Иванович Попов, который вернулся со множеством проблем со здоровьем. «Осенний призыв, полтора месяца в Ейске и 17 декабря Афганистан, — вспоминал Юрий Попов. — Мороз и одновременно пыль по колено. Летом плюс 50, зимой с утра лед, в обед до 30 градусов жары. Служил я в Кандагаре в мотострелковой части. Там не хватало воды: нет рек, а только ручейки, которые ребята перегораживали камнями, чтобы набрать ценной влаги. Самая большая радость, когда друзья возвращались из похода живыми. В бою действуешь автоматически и только в минуты передышки понимаешь, что тебя могли убить».

Я могла бы написать обо всех ребятах. И есть что. Кто пошел после демобилизации в милицию, кто-то на производство. Но главное, все они — настоящие мужчины. Поповых кроме Юрия еще трое: Анатолий и два Сергея, Александр Рясков, Валерий Тимофеев, Сергей Болдырев, Виктор Каргин, Виктор Рогатин, Сергей Алтунин, Александр Назаров, Андрей Рублев и другие — все мои друзья, соседи, одноклассники младшего брата, знакомые.

И яркий орден на груди

Особенно ценю давнюю дружбу с удивительным человеком, старшим прапорщиком по чину и генералом по выправке, наградам и вообще по жизни — Александром Владимировичем Давыдовым, возглавляющим в районе «Боевое братство». Когда-то в Черном Яру базировался ОСТБ, а проще говоря стройбат. Силами военнослужащих в селе появилось много жилья и иных объектов. Именно в это подразделение и попал служить после окончания школы прапорщиков в Грозном уроженец Волгограда Александр Давыдов. Отсюда он и ушел добровольцем в Афганистан в 1981 году. Был старшим техником роты сопровождения колонн, участвовал в боевых операциях. А поскольку голову в кусты не прятал, получил орден Красной Звезды. Говорит, что это была «тюрьма в тюрьме» — ущелье, а вокруг скалы. Город Гази — это лишь место дислокации, а вокруг, на первый взгляд, никого. И вдруг атака. «Духи выскакивали, как черти из табакерки, — вспоминает Александр. — 24 часа в сутки надо было быть начеку. Погибал практически каждый четвертый». Жара, изнуряющие болезни, особенно гепатит одолевал. И тем не менее, Александр Давыдов продержался там более двух лет, вернулся старшим прапорщиком в свой батальон и прослужил в нем до момента его расформирования в 1992 году. После фермерствовал, был три года атаманом Черноярского казачьего станичного общества, в котором состоят 142 человека. У него четверо детей, и младший — Михаил «присадил» дедушку на заслуженный отдых, поручив ему воспитание восьмилетнего внука Дани и шестилетней внучки Ульяны.

Александр Владимирович — постоянный участник парадов в Черном Яру. И не просто участник, а практически главнокомандующий. Вот такие они, воины-интернационалисты Черноярского района. Всем живым — здоровья и долголетия. Всем ушедшим — светлая память.

«Пехотинцу на войне нужно многое уметь»

Накануне Дня памяти воинов-интернационалистов черноярский корреспондент Валентин Ротов  с Евгением Нечаевым (на фото в центре), более полутора лет отслужившим в Афганистане. 13 февраля Евгений Иосифович отмечает юбилей — жизнь ставит ему две пятерки.

Родился юбиляр в 1966 году в селе Зубовка. Детство — как у всех сельских пацанов. Школу окончил. Потом был направлен от военкомата в Ахтубинск, там год учился на водителя в ДОСААФ. Вернулся, устроился в совхоз имени Мичурина, начал работать водителем. А там и в армии служить пора подоспела.

Весной 1984 года призвали в пехоту, в Туркменскую ССР. Три месяца «учебки», Афганистан, мотострелковый полк. И там до демобилизации.

— Каковы были бытовые условия?

— Телевизоров мы не смотрели. А насчет житья и бытья — сносно, скажем так. Жили в заброшенном кишлаке неподалеку от пакистанской границы в районе легендарного ущелья Панджшер, что в переводе на русский — «ущелье трех львов». Это родные места знаменитого лидера душманов Ахмада Шаха Масуда. Сами обустраивали бани. Неподалеку горная речка была. Купаться — вода ледяная. А так вполне пригодная для любых нужд.

Часто ли вам приходилось участвовать в боевых столкновениях с моджахедами?

Неоднократно. Мы лазали по горам с целью обнаружения и уничтожения караванов из Пакистана с наркотиками и оружием. Активизировались «духи» в основном осенью, весной и летом, в зиму они «шалили» поменьше. Зато чуть ли не каждый день случались минометные обстрелы. Я там много кем успел побыть: снайпером, санинструктором, заместителем командира взвода связи. Пехотинец должен многое знать и уметь на войне. Времени свободного было мало. Помимо боев, занятия, работы по благоустройству, учеба. Мины, например, изучали.

— Когда «ушли на дембель»? Отмечены ли правительственными наградами? Черноярцы рядом были?

— Весной 1986 года уволился в звании сержанта. Имею медали «За боевые заслуги» и «За отвагу». Со мною служил Александр Мурыгин из Солодников. Увы, нет уже с нами Александра…

— Как обустраивались в мирной жизни?

— Вернулся в совхоз и около четырех лет «крутил баранку». Потом какое-то время работал в рыбинспекции. В 1991 году пришел на работу в милицию. Начинал с вневедомственной охраны и в итоге «дорос» до должности помощника оперативного дежурного. Звание мое в милиции — прапорщик.

Моя супруга Лилия Викторовна — частный предприниматель, окончила в Волгограде техникум торговли. Сын Артем и дочь Виктория живут в Черном Яру. Вика — судебный пристав. Подарила нам внучку Киру, которой 6 лет уже!

Расскажите о своей деятельности в черноярском отделении «Боевого братства».

Наше районное «Боевое братство» действует уже 11 лет. Активно работаем с молодежью, сотрудничаем с учебными заведениями по всему району. День памяти воинов-интернационалистов, День Великой Победы, 23 февраля — эти и другие праздники без нас не проходят. Два года назад руководитель Черноярского отделения «Боевое братство» Александр Давыдов, Сергей Алтунин и я в составе астраханской делегации воинов-афганцев ездили в Москву, где проходили мероприятия, посвященные 30-летию вывода советских войск из Афганистана. Поклонная гора, концерт в Кремлевском дворце, встреча с легендарным генералом Борисом Громовым, членами Правительства. Память — на всю жизнь…

Поделиться новостью

Новости СМИ2

Новости Медиаметрики



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Комментарии читателей сайта размещаются после модерации. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если сообщения содержат ненормативную лексику, оскорбления, призывы к насилию, являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.